Участник боевых действий в Великой Отечественной войне 1941- 45 годов

·        с ноября 1942 года по май 1945 года — Европа,

·        с июля 1945 года по сентябрь 1945 года — освобождение Китая.

Прошел путь от рядового солдата до полковника. Участвовал в освобождении Северного Кавказа, Ростова-на Дону, Азова, Мариуполя (Жданова), Батайска, Таганрога.Потом были бои за Ворошиловоград (Луганск), Кадиевку, Макеевку, Горловку.

Под Горловкой в составе разведгруппы участвовал в захвате вражеского «языка». Был ранен. После ранения закончил Тамбовское Краснознаменное пехотное училище и направлен на Западный фронт. В сентябре 1944 во время бомбового удара по Брянску был тяжело ранен и вывезен транспортным самолетом на лечение в Москву. Далее был слушателем — курсантом Московского Военно-политического училища им. В.И.Ленина и в 1945 после досрочного выпуска был направлен на службу в распоряжение Забайкальского фронта, в Читу. Воевал в Манчжурии, освобождал китайские города Мукден, Чань-Чунь, Харбин.

Боевые награды:

·        орден «Красная звезда»,

·        орден Отечественной войны, II степени,

·        орден Богдана Хмельницкого, III степени,

·        медаль «За боевые заслуги»,

·        медаль «За победу над Германией»,

·        медаль «За победу над Японией»,

·        медаль «За освобождение Китая»,

·        медаль «За освобождение Украины»,

·        медаль «За освобождение Кавказа»

·        12 юбилейных медалей, ряд грамот и   ценных подарков.

Из воспоминаний ветерана:

«… после войны с Японией дивизия стояла в г. Чите. Шла обычная боевая учеба. В октябре 1950 года неожиданно началась война в Корее. Срочно сформировали 21-й отдельный танковый полк и направили в Китай. Меня назначили партгруппоргом полка. Стояли мы в г. Харбин, готовились к боям. Но обошлось. Китай сам справился с американцами. И в 1951 году полк вернулся на Родину …”

Бурмистова Надежда Исаевна, в течение 31 года работала на кафедре истории древнего мира и средних веков в должности старшего лаборанта, ветеран труда, член профсоюза Таврической академии им. В. И. Вернадского

Надежда Исаевна родилась в дер. Семёно Передельского сельсовета Медынского района Калужской обл. (сейчас этой деревни уже нет).

В 1951–1953 годах училась в Москве на Высших центральных педагогических курсах преподавателей стенографии. В течение двух лет работала преподавателем стенографии в средней школе г. Смоленска. Как жене военного, ей пришлось поменять несколько мест жительства до тех пор, пока с мужем и двумя сыновьями она не прибыла в Симферополь. В 1964–1977 годах работала секретарём ректора в Крымском пединституте (в дальнейшем – СГУ), одновременно выполняла обязанности стенографиста. В 1967–1972-м училась там же на заочном отделении филологического факультета.

С 1977 по 2008 год Надежда Исаевна была бессменным старшим лаборантом кафедры истории древнего мира и средних веков СГУ-ТНУ. В возрасте 80 лет ушла на заслуженный отдых, но сотрудники и выпускники исторического факультета помнят её – человека необыкновенно скромного, порядочного, душевного. Её все очень любили и называли хозяйкой кафедры. Её жизненный путь был нелёгким. Семья большая. Детство пришлось на годы войны, да и после ещё долго приходилось во многом себе отказывать.

Рассказ о нашей Надежде Исаевне будет неполным, если мы не приведём выдержки из интервью, которое она дала журналисту Ю. Трифонову в 2013 году: «Родители мои были простыми крестьянами. Правда, после революции мама с папой жили в Москве – отец участвовал в Гражданской войне и после демобилизации остался в столице, работал на фабрике. А мама вернулась в деревню, где родители построили в 1920-х годах большой дом. В июне 1941-го я перешла в шестой класс. 22 июня, в воскресенье, утро было солнечным и тёплым. Мы работали на колхозном поле. Вдруг появился какой-то всадник и объявил о начале войны. Всадник прибыл вручить повестки всем мужчинам, потому что началась мобилизация. Сказал, что в три часа все должны быть в Передельском сельсовете с рюкзаками и вещами, необходимыми для отправки на фронт. Женщины заплакали, мужчины стали их уговаривать, мол, война не продлится долго, они вернутся с победой. В семьях простились с мужьями и отцами. И никто из призванных в первый день войны домой не вернулся… С началом войны закончилось моё детство, я работала в колхозе так же, как и взрослые женщины. Таких слов, как «не буду», «не хочу», мы не знали. Было только одно: «Надо». Первое время мы о фронте только слышали и не знали, что это такое. Думали: повоюют немного, и дело закончится Победой. Но рано утром 14 октября 1941 года, в день Покрова Пресвятой Богородицы, мы увидели едущие по дороге мотоциклы, машины, большие повозки. Вдруг деревня наполнилась писком и визгом – немцы резали поросят, ловили гусей, кур и приносили людям их варить. Мы слышали, как немцы ходили по деревне и разговаривали между собой; они были такими счастливыми, постоянно повторяли: «Москва капут! Сталин капут!». Говорили, что только у них будет победа, прославляли Гитлера. Вечером остановились у нас на ночлег, а утром двинулись дальше. С тех пор немцы задерживались у нас только проездом, в основном это были простые солдаты. Мы переходили во вторую комнату, где зимой было очень холодно (эта комната использовалась только летом и не отапливалась). В доме была большая русская печь, немцы приказывали нам затопить её, обычно приносили гуся варить. Всё, что попадалось на глаза, они брали без спросу. Заходили в чулан – там хранились молоко, яйца, тёплые вещи. Всё забирали. Готовили себе отдельно. Вечером мы часто видели в небе вражеские самолёты. Немцы говорили, что они летят бомбить Москву.

Перед Новым, 1942 годом, мы услышали, что наши войска погнали немцев от Москвы. Как-то в январе 1942-го нам сказали, что завтра бой будет у нас, поэтому нужно приготовиться и ни в коем случае не ложиться спать. Мы оделись во всё, что можно, хотели идти в лес, но потом всей деревней решили остаться. Ночью дежурил староста, он предупредил, что в случае тревоги будет бить в плуг, повешенный на изгороди как набат. Тогда все должны выйти на улицу. Набат прозвучал ближе к полуночи, все вышли, было холодно, вокруг лежал снег. Вдруг часов в 12 ночи из леса появились люди на лыжах, в белых маскировочных халатах. Мы испугались того, что сейчас начнётся бой. Но незнакомцы подъехали – и мы увидели, что это наши разведчики. Господи, сколько было слёз радости! Они обнимались с нами и говорили, чтобы мы не боялись, теперь нас есть кому защищать. Враги, отступая, всё жгли на своём пути. Уничтожали дома и людей. Моя старшая сестра жила в соседнем селе Никитское Калужской области. Их дом немцы сожгли при отступлении, она ушла с полуторамесячным сыном и дочкой пяти лет. Они пошли в соседнее село Ступино, до которого было километра четыре-шесть. С ней была ещё одна сестра, постарше меня. Когда они шли, дорогу простреливали снаряды, пришлось лежать на снегу, несмотря на страшный холод. Малыш едва выжил… Затем мы узнали, что в одном селе, неподалеку от нас разразилась настоящая трагедия. Немцы остановились на ночь в доме, где жила семья моего одноклассника, у них кто-то ночью украл из повозки сигареты и конфеты. Оккупанты сказали, что не будут разбираться, кто украл. Когда утром этот мальчишка пошёл за водой, его застрелили, затем убили его мать и пятилетнюю сестричку, дом подожгли… Их отец в это время воевал под Москвой; когда наши стали продвигаться вперёд, он проходил мимо своей деревни, узнал страшную новость о своей семье. Он пошёл дальше воевать, чтобы убить всех фашистов. Приезжали беженцы. К нам подселили три семьи. Все жили как одна семья, утром вставали, топили печку, есть было нечего – одна картошка…

Беженцы оставались у нас до тех пор, пока не были освобождены их территории. Постепенно они стали уезжать домой, и вот тут уже начался страшный голод. Хлеба никто не давал, был один лозунг: «Всё для фронта, всё для Победы!» Нас – маму и сестёр – спасло то, что уродилась картошка, сажали ещё капусту и свёклу. Мама всех жалела, ведь нищих в войну много ходило, подавала им две-три картошины… Из-за голода весной мы полностью переходили на траву. Во время голода возникла поговорка: «Во сне видишь белый хлеб и лепёшки, а встанешь – и чёрного нет ни крошки». Я пошла дальше учиться, стал помогать из города отец – он по возрасту был оставлен на фабрике, но в начале войны под Волоколамском добровольно копал окопы. 9 мая 1945-го (я училась в 7-м классе) в школу пришли взрослые и сказали, что закончилась война. Победа! Мы вернулись в деревню такие радостные. Вместо того чтобы пойти домой, побежали в лес, бегали босиком и говорили друг другу: «Ну, теперь мы будем кушать лепёшки и хлеб!». Но голод ещё продолжался. Однажды меня угостили маленьким кусочком хлеба, на который сверху был намазан маргарин, посыпанный сахаром. Это было так вкусно – никакое пирожное не сравнится! Такое блаженство! Думаешь: вот так бы всю жизнь прожить… В 8–10 классах я уже училась в райцентре – в г. Медынь. Время было голодное. В школе нам выдавали хлеб – он был влажным и колючим, ненастоящим. Затем стало получше. И началась мирная жизнь».

В течение 31 года работала на кафедре истории древнего мира и средних веков в должности старшего лаборанта; ветеран труда, член профсоюза Таврической академии им. В. И. Вернадского

Надежда Исаевна родилась в дер. Семёно Передельского сельсовета Медынского района Калужской обл. (сейчас этой деревни уже нет).

В 1951–1953 годах училась в Москве на Высших центральных педагогических курсах преподавателей стенографии. В течение двух лет работала преподавателем стенографии в средней школе г. Смоленска. Как жене военного, ей пришлось поменять несколько мест жительства до тех пор, пока с мужем и двумя сыновьями она не прибыла в Симферополь. В 1964–1977 годах работала секретарём ректора в Крымском пединституте (в дальнейшем – СГУ), одновременно выполняла обязанности стенографиста. В 1967–1972-м училась там же на заочном отделении филологического факультета.

С 1977 по 2008 год Надежда Исаевна была бессменным старшим лаборантом кафедры истории древнего мира и средних веков СГУ-ТНУ. В возрасте 80 лет ушла на заслуженный отдых, но сотрудники и выпускники исторического факультета помнят её – человека необыкновенно скромного, порядочного, душевного. Её все очень любили и называли хозяйкой кафедры. Её жизненный путь был нелёгким. Семья большая. Детство пришлось на годы войны, да и после ещё долго приходилось во многом себе отказывать.

Рассказ о нашей Надежде Исаевне будет неполным, если мы не приведём выдержки из интервью, которое она дала журналисту Ю. Трифонову в 2013 году: «Родители мои были простыми крестьянами. Правда, после революции мама с папой жили в Москве – отец участвовал в Гражданской войне и после демобилизации остался в столице, работал на фабрике. А мама вернулась в деревню, где родители построили в 1920-х годах большой дом. В июне 1941-го я перешла в шестой класс. 22 июня, в воскресенье, утро было солнечным и тёплым. Мы работали на колхозном поле. Вдруг появился какой-то всадник и объявил о начале войны. Всадник прибыл вручить повестки всем мужчинам, потому что началась мобилизация. Сказал, что в три часа все должны быть в Передельском сельсовете с рюкзаками и вещами, необходимыми для отправки на фронт. Женщины заплакали, мужчины стали их уговаривать, мол, война не продлится долго, они вернутся с победой. В семьях простились с мужьями и отцами. И никто из призванных в первый день войны домой не вернулся… С началом войны закончилось моё детство, я работала в колхозе так же, как и взрослые женщины. Таких слов, как «не буду», «не хочу», мы не знали. Было только одно: «Надо». Первое время мы о фронте только слышали и не знали, что это такое. Думали: повоюют немного, и дело закончится Победой. Но рано утром 14 октября 1941 года, в день Покрова Пресвятой Богородицы, мы увидели едущие по дороге мотоциклы, машины, большие повозки. Вдруг деревня наполнилась писком и визгом – немцы резали поросят, ловили гусей, кур и приносили людям их варить. Мы слышали, как немцы ходили по деревне и разговаривали между собой; они были такими счастливыми, постоянно повторяли: «Москва капут! Сталин капут!». Говорили, что только у них будет победа, прославляли Гитлера. Вечером остановились у нас на ночлег, а утром двинулись дальше. С тех пор немцы задерживались у нас только проездом, в основном это были простые солдаты. Мы переходили во вторую комнату, где зимой было очень холодно (эта комната использовалась только летом и не отапливалась). В доме была большая русская печь, немцы приказывали нам затопить её, обычно приносили гуся варить. Всё, что попадалось на глаза, они брали без спросу. Заходили в чулан – там хранились молоко, яйца, тёплые вещи. Всё забирали. Готовили себе отдельно. Вечером мы часто видели в небе вражеские самолёты. Немцы говорили, что они летят бомбить Москву.

Перед Новым, 1942 годом, мы услышали, что наши войска погнали немцев от Москвы. Как-то в январе 1942-го нам сказали, что завтра бой будет у нас, поэтому нужно приготовиться и ни в коем случае не ложиться спать. Мы оделись во всё, что можно, хотели идти в лес, но потом всей деревней решили остаться. Ночью дежурил староста, он предупредил, что в случае тревоги будет бить в плуг, повешенный на изгороди как набат. Тогда все должны выйти на улицу. Набат прозвучал ближе к полуночи, все вышли, было холодно, вокруг лежал снег. Вдруг часов в 12 ночи из леса появились люди на лыжах, в белых маскировочных халатах. Мы испугались того, что сейчас начнётся бой. Но незнакомцы подъехали – и мы увидели, что это наши разведчики. Господи, сколько было слёз радости! Они обнимались с нами и говорили, чтобы мы не боялись, теперь нас есть кому защищать. Враги, отступая, всё жгли на своём пути. Уничтожали дома и людей. Моя старшая сестра жила в соседнем селе Никитское Калужской области. Их дом немцы сожгли при отступлении, она ушла с полуторамесячным сыном и дочкой пяти лет. Они пошли в соседнее село Ступино, до которого было километра четыре-шесть. С ней была ещё одна сестра, постарше меня. Когда они шли, дорогу простреливали снаряды, пришлось лежать на снегу, несмотря на страшный холод. Малыш едва выжил… Затем мы узнали, что в одном селе, неподалеку от нас разразилась настоящая трагедия. Немцы остановились на ночь в доме, где жила семья моего одноклассника, у них кто-то ночью украл из повозки сигареты и конфеты. Оккупанты сказали, что не будут разбираться, кто украл. Когда утром этот мальчишка пошёл за водой, его застрелили, затем убили его мать и пятилетнюю сестричку, дом подожгли… Их отец в это время воевал под Москвой; когда наши стали продвигаться вперёд, он проходил мимо своей деревни, узнал страшную новость о своей семье. Он пошёл дальше воевать, чтобы убить всех фашистов. Приезжали беженцы. К нам подселили три семьи. Все жили как одна семья, утром вставали, топили печку, есть было нечего – одна картошка…

Беженцы оставались у нас до тех пор, пока не были освобождены их территории. Постепенно они стали уезжать домой, и вот тут уже начался страшный голод. Хлеба никто не давал, был один лозунг: «Всё для фронта, всё для Победы!» Нас – маму и сестёр – спасло то, что уродилась картошка, сажали ещё капусту и свёклу. Мама всех жалела, ведь нищих в войну много ходило, подавала им две-три картошины… Из-за голода весной мы полностью переходили на траву. Во время голода возникла поговорка: «Во сне видишь белый хлеб и лепёшки, а встанешь – и чёрного нет ни крошки». Я пошла дальше учиться, стал помогать из города отец – он по возрасту был оставлен на фабрике, но в начале войны под Волоколамском добровольно копал окопы. 9 мая 1945-го (я училась в 7-м классе) в школу пришли взрослые и сказали, что закончилась война. Победа! Мы вернулись в деревню такие радостные. Вместо того чтобы пойти домой, побежали в лес, бегали босиком и говорили друг другу: «Ну, теперь мы будем кушать лепёшки и хлеб!». Но голод ещё продолжался. Однажды меня угостили маленьким кусочком хлеба, на который сверху был намазан маргарин, посыпанный сахаром. Это было так вкусно – никакое пирожное не сравнится! Такое блаженство! Думаешь: вот так бы всю жизнь прожить… В 8–10 классах я уже училась в райцентре – в г. Медынь. Время было голодное. В школе нам выдавали хлеб – он был влажным и колючим, ненастоящим. Затем стало получше. И началась мирная жизнь».

Родился 31 января 1923 г. в деревне Рамзай Пензенской области.

С 1941 г. по 1947 г. служил в советской армии. С декабря 1941 г. был на фронте. Участвовал в боях под Севастополем в качестве наблюдателя-разведчика артбатальона, где и был пленен в июле 1942 г. Бежал в августе 1942 г. из г. Херсон. В сентябре был арестован и отправлен в Германию, г. Брауншвейг, откуда бежал. Был арестован в Польше и направлен в концлагерь Заксенхаузен.

В мае 1944 г. перешел демаркационную линию и был призван в ряды советской армии, служил в которой до 1947 г. В 1950–1952 гг. учился в Крымском педагогическом институте им. М.В. Фрунзе на факультете физического воспитания и спорта. В 1950–1952 гг. неоднократно становился чемпионом РСФСР в беге на 400 м, 800 м, 400 м с/б. В 1953 г. стал преподавателем, затем старшим преподавателем (1967 г.) кафедры спорта Крымского педагогического института им. М. В. Фрунзе. В 1978 г. Комитетом по физической культуре и спорту при Совете министров УССР Титу Федоровичу было присвоено звание заслуженного тренера УССР. В 1980 г. Корнев участвовал в олимпийских играх. Работал в Крымском педагогическом институте им. М. В. Фрунзе – Симферопольском государственном университете им. М. В. Фрунзе – Таврическом университете им. В. И. Вернадского до 2009 г. Решением Ученого совета Таврической академии Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского в 2016 году легкоатлетическому манежу факультета физической культуры и спорта Таврической академии Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского КФУ присвоено имя Тита Корнева. Ежегодно на факультете физической культуры и спорта Таврической академии Крымского федерального университета им. В.И. Вернадского проводится Кубок РК по легкой атлетике на призы заслуженного тренера Украины Корнева Т.Ф.

Награжден: орден Отечественной войны II степени

     Ветеран-участник  Великой Отечественной Войны, Ветеран Труда. Преподаватель физики, всю свою жизнь посвятившая работе с детьми, бесконечно преданная делу воспитания молодежи в духе коллективизма, добра и отзывчивости к людям.

  Родилась Мария Павловна в 1925 году в  Северном Казахстане, Актюбинской области, в большой и дружной  многодетной семье. Очень рано повзрослела, помогая матери по хозяйству, ухаживая за младшими. Вместе с одноклассниками помогала колхозу, научившись работать на тракторе. Школу окончила в Казахстане. Дальнейшей учебе помешала война. Отец и старший брат в 1942 году ушли на фронт и оба погибли. Отец — под Смоленском в 1942 году, брат — в боях под Берлином в 1945.

В 17 лет, пройдя Курсы подготовки медицинских сестер, добровольцем ушла на фронт. Продвигаясь вместе с войсками,  она попала  на Украину, участвовала в освобождении Донбасса.  Донбасс на долгие годы стал ей вторым домом. Там она встретила  свою вторую половину —  молодого лейтенанта, разведчика, успевшего к тому времени повоевать за освобождение Ленинграда, получить боевое ранение и пролежать в госпитале блокадного Ленинграда. До окончания войны прошла военную сверхсрочную службу в Военной Цензуре в Красноармейске.

После войны Мария Павловна закончила педагогический институт  и до преклонных лет преподавала свой любимый предмет — физику. Несколько поколений ее бывших школьников до сих пор поддерживают с ней связь, присылают трогательные письма. С мужем, профессиональным военным,  она исколесила полстраны, работала даже в Болгарии. В Ялте Мария Павловна работала с 1963 года: работала в средних школах №5 и №6, педучилище, гуманитарном  университете.  Всегда была в гуще общественной жизни, пела в хоре «Возрождение», выезжая с ним на всесоюзные песенные конкурсы,

состояла в Обществе защитников леса. Её правительственные награды:

 Орден Богдана Хмельницкого, Орден Отечественной Войны II степени,  Медаль «Ветеран Труда», Медаль «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина»,  Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной Войне 1941-1945гг.»,  Медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной Войне 1941-1945гг», медали 20,30,40,50 лет Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945гг., «50 лет Вооруженных Сил СССР», «60 лет Вооруженных Сил СССР», медаль Жукова, «За доблесть и отвагу в Великой Отечественной войне/ к знаку 25 лет Победы в Великой Отечественной войне».

У Марии Павловны 2 дочери, 3 внуков, 4 правнуков и 2 праправнучки.